Адвокат: Врачу-нефрологу НЦОМиД ужесточили условия домашнего ареста. Она не может работать
Врачу-нефрологу Национального центра охраны материнства и детства Насире Бейшебаевой ужесточили условия домашнего ареста. Об этом редакции Kaktus.media сообщила ее адвокат Евгения Крапивина.
Напомним, мать пациентки отделения нефрологии Национального центра охраны материнства и детства обвинила медиков в том, что девочка-подросток осталась без ноги. В 2025 году следственная служба МВД по факту возбудила уголовное дело. В феврале этого года обвинение было предъявлено врачу-нефрологу НЦОМиД Насире Бейшебаевой. В отношении нее была избрана мера пресечения в виде домашнего ареста.
Как рассказала Крапивина, первоначально при определении меры пресечения были установлены определенные ограничения: Бейшебаева должна была находиться у себя дома с 10 вечера до 6 утра. "Это временное ограничение позволило ей продолжать работу в отделении трансплантологии и оказывать медицинскую помощь пациентам", - пояснила она.
Однако, по словам Крапивиной, несмотря на то что в суде не было представлено никаких доказательств того, что якобы врач-нефролог нарушает условия домашнего ареста, они были сильно ужесточены.
"Теперь она должна находиться у себя дома 24 часа семь дней в неделю. Соответственно, она вынуждена прекратить врачебную практику и являться только по вызову суда на судебные заседания. Непонятна логика суда, непонятны основания. Потому что суд, когда принимал дело к производству, в своем постановлении указал, что мера пресечения ранее избрана верно. Тогда что же случилось и почему суд пошел на такие ужесточения?" - недоумевает адвокат.
Крапивина добавила, что по уголовному делу есть заключение трех экспертиз, к тому же по тактике лечения была проведена внутренняя проверка. "Две экспертизы говорят в пользу того, что врачебный консилиум принимал решение исходя из ситуации. И они старались всеми силами спасти ногу. Они давали кроверазжижающие препараты, причем медики периодически встречались, меняли тактику лечения, наблюдали, помогает оно или нет. Пытались добиться того, чтобы тромб прошел и вена заработала", - рассказала адвокат.
Третья экспертиза, как она отметила далее, вышла не в пользу врача. Однако во время судебного заседания, по данным адвоката, эксперт, который давал заключение, что якобы неправильно были прописаны медицинские препараты, сказал, что "назначение кальция и так далее не могло спровоцировать тромб".
По словам Крапивиной, когда никакое лечение не помогало, тогда врачебный консилиум принял решение, что необходимо ампутировать ногу. Родители на это не согласились и увезли девочку в Турцию на операцию. Турецкие врачи, по данным Крапивиной, первые две операции провели для того, чтобы "протолкнуть" тромб, сохранить ногу.
"Однако все равно пришлось ампутировать часть ноги. И, со слов законного представителя ребенка, турецкие врачи якобы сказали, что надо было раньше привезти девочку в Турцию. Тут вопрос встает системный. Клинического протокола по оказанию помощи именно по детской сосудистой хирургии в Кыргызстане нет. Врачи руководствуются даже не международными, европейскими клиническими протоколами", - отметила Крапивина.
В Национальном госпитале, как отметила адвокат далее, есть отделение сосудистой хирургии, но оно рассчитано на совершеннолетних пациентов, и перевести туда ребенка из Национального центра охраны материнства и детства нельзя. Поэтому взрослый сосудистый хирург может собрать детских врачей либо к себе на консилиум, либо прийти туда - в НЦОМиД - и врачей проконсультировать.
"Девочка с тромбом находилась в отделении нефрологии. Вообще не сосудистый профиль. Ранее проблему с почками ей вылечили. Перевести пациентку с больной ногой было некуда, выписать тоже нельзя. И соответственно, врачи на консилиуме решали, как ребенку помочь. Что делать врачам в такой ситуации? У меня, как у человека без медицинского образования, возникает такой вопрос. Обнаружили тромб, детской сосудистой хирургии нет. Не могут же они сказать, что ничем не могут помочь. Что делать родителям, если у них нет, к примеру, возможности куда-то лететь на лечение? Продолжать оказывать лечение? Так можно оказаться на скамье обвиняемых", - сказала Крапивина.
Адвокат задается и другими вопросами: "Можно ли было предотвратить такой исход? "Во-первых, ребенок переболел коронавирусом, и это показал анализ. К тому же выявлено, что ребенок предрасположен к тромбам. Есть ли в этом ответственность врача? Как врач-нефролог должна была это предугадать? Повторю: клинических протоколов именно по детской сосудистой хирургии в стране нет. Как лечить тромбоз у детей? Получается, что в любом случае, что бы ты ни прописал, лечение может быть неверным? На что ссылаться, чтобы доказать, что это так или не так?"
Ознакомиться с позицией матери девочки можно по ссылке.
